Эксперт: «Зачем депутаты лезут в банковский сектор? Есть мировая практика, и не надо изобретать велосипед!»
![Эксперт: «Зачем депутаты лезут в банковский сектор? Есть мировая практика, и не надо изобретать велосипед!»](https://i.banks.kg/8352/conversions/banking-sector-large-webp.webp)
Законопроект с нестыковками
Группа депутатов* инициировала изменения в ряд законов, дав законопроекту громкое название «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Кыргызской Республики по вопросам защиты прав потребителей финансовых услуг». Хочется, чтобы инициаторы любых изменений, пытающихся поменять правила игры в одном из образцовых секторов Кыргызстана, более профессионально подошли к подготовке самого законопроекта и сопутствующих материалов - справки-обоснования к законопроекту и Анализа регулятивного воздействия.
В отношении финансового сектора стоит более тщательно использовать статистические данные и опыт других стран. Несмотря на море нестыковок и несогласий членов рабочей группы, этот законопроект все равно продвигается без учета мнений экспертов и создается практика грубого вмешательства в частный сектор путем административного снижения размера вознаграждения коммерческих компаний.
Если вам интересно, можем вместе изучить содержание справки-обоснования и Анализа регулятивного воздействия (АРВ).
Аргументы в справке-обосновании
Депутаты пишут: «Цель законопроекта состоит в создании эффективных правовых механизмов, в особенности защиты физических лиц от недобросовестных практик в области кредитования».
А где цифры по обоснованию утверждения по недобросовестному кредитованию? Почему депутаты так яростно искажают данные в своем официальном документе? Почему не указано, сколько процентов из общего кредитного портфеля считаются жертвами недобросовестного кредитования и чем это подтверждается? В Анализе регулятивного воздействия члены рабочей группы указывают, что в конце 2023 года общее количество заемщиков составляло 1,4 миллиона. Сколько человек пострадали от «недобросовестного» кредитования? И что, по-вашему, означает добросовестное кредитование?
Банки и большинство добросовестных заемщиков устали от повышенных требований законодателей по раскрытию информации при заключении договоров. Несколько ступенчатых требований установлены со стороны Жогорку Кенеша КР и Нацбанка КР. В частности, согласно закону «О банках и банковской деятельности»: «Банки обязаны заемщику, гаранту/поручителю, залогодателю разъяснить под подпись последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения принятых обязательств по соответствующим договорам» (ч. 2 ст. 10). НБ КР еще более детально прописал аналогичное требование в своих подзаконных актах.
Посмотрите кредитный договор любого банка, где вы обнаружите место для собственноручного заявления о полученных разъяснениях по возможным негативным последствиям кредита. Из-за таких норм, принятых для защиты небольшого количества проблемных заемщиков - как правило, это не более 5% от общего количества - страдают другие добросовестные заемщики, которым приходится вручную писать объемный текст обо всех последствиях, хотя такие заемщики уже при чтении кредитного договора понимают всю суть. Другими словами, все банки уже исполняют такое требование. Зачем его дублировать НПА со схожими правилами?
Депутаты пишут: «Задачей законопроекта является уменьшение финансовой нагрузки на заемщиков за счет снижения предельно допустимых процентных ставок и исключение внесудебного порядка обращения взыскания на жилое помещение, принадлежащее на праве собственности физическому лицу».
Почему депутаты считают, что финансовая нагрузка должна решаться за счет другой стороны, которая сама имеет кредиторов и должна вернуть полученные средства. Ведь банки также несут обязательства по финансам. Надеюсь, депутаты в курсе, что банки должны вернуть депозиты тем же гражданам и свои кредиты перед кредиторами. Такими кредиторами могут быть НБ КР, кабинет министров КР, международные организации или иностранные банки. Отчасти, благодаря таким «драконовским» правилам в международных рейтингах наша республика размещена в неблагополучных категориях. Чем хуже рейтинг, тем выше проценты для банков КР. Все связано!
Внесенные депутатами хитрые изменения, якобы защищающие интересы простых граждан, на деле предложены в пользу обеспеченных физических лиц-залогодателей, вызывают недоумение. Ведь залог недвижимости по кредиту крупной строительной, фармацевтической или нефтяной компании, по мнению депутатов, то же самое, что и залог квартир граждан, живущих только на бюджетную зарплату.
Банки иногда берут в залог объекты недвижимости, которые существенно дороже, чем даже помещения банков. Или залоги жилых помещений строительных компаний, которые все оформляются на физлиц и только потом выставляются в залог банкам. Почему депутаты встают на защиту таких собственников? Ведь юристы строительных компаний такие же сильные, как и юристы банков, тогда с какой целью устанавливаются преимущества в пользу одной стороны? Зачем депутаты вмешиваются в отношения между бизнес-субъектами, между банками и строительными компаниями?
Если обе стороны сами хотят, то всегда должны иметь возможность заключить внесудебную реализацию залога или передачу спора в третейский суд, ведь они в состоянии обсудить все юридические тонкости процедуры и согласовать нужный им механизм реализации залога. Вместо этого, депутаты заставляют двух субъектов идти в перегруженный и уставший судебный сектор.
В справке-обосновании говорится о 1,4 миллиона заемщиках, получивших кредиты на 296 миллиардов сомов. Однако депутаты вдруг решили, что это подчеркивает значительную зависимость населения от финансовых услуг.
В этих выводах есть нестыковки. Огромная сумма выданных кредитов и большое количество заемщиков подчеркивают популярность и актуальность кредитов для экономики Кыргызстана. Заемщики сознательно идут на получение кредитов и это не вынужденная мера, а требование современности. Тем более, в этих же данных депутаты могли бы увидеть, как ежегодно наблюдается последовательный рост кредитного портфеля и числа заемщиков. Такой темп стал возможен благодаря кропотливой работе банков, а не господдержке.
Инициаторы законопроекта отмечают, что «ключевой проблемой, которую решает данный законопроект, является высокий уровень процентных ставок (32,83%).
Это создает чрезмерную долговую нагрузку на заемщиков, особенно в условиях экономической нестабильности и низкого уровня финансовой грамотности населения. Многие заемщики не исполняют свои обязательства, что увеличивает количество кризисов и просрочек.
Сами депутаты отмечают, что в Кыргызстане экономическая нестабильность и слабая финансовая грамотность заемщиков. Однако они не стали работать на улучшение этих показателей, им предпочтительнее прижать частный сектор административными методами, которые, кстати, противоречат рыночным отношениям. Чрезмерное вмешательство государства в коммерческие отношения усиливает экономическую нестабильность. Ни один инвестор, даже внутренний, не станет вкладывать в экономику, где правила часто меняются в угоду небольшой группе, а рыночные ставки диктуют законодатели, а не сами участники рынка. Зачем депутаты лезут в банковский сектор, который насыщен конкуренцией и является самым транспарентным сектором среди других - все финансовые отчеты регулярно публикуются. А те 5% проблемных заемщиков могут стать объектами помощи от депутатов. Лучше точечно им помогать, чем разрушать систему, которая строилась годами. Это мировая практика, и депутатам нет необходимости идти против развитых стран и изобретать велосипед.
Депутаты уверенно заблуждают себя и людей, говоря, что «исследование показывает, что установление 21% для коммерческих банков и 24% для НФКО позволит значительно снизить долговую нагрузку на население».
Во-первых, какое исследование? Ни в справке, ни в АРВ нет ссылки на результаты исследования. Если нет, то данную практику надо рассматривать как введение в заблуждение общественности для достижения своей цели. Если такое исследование есть, то пора дать ссылки на его результаты.
Во-вторых, депутаты наивно полагают, что существующая средневзвешенная процентная ставка по кредитам в размере 17,83% будет оставаться навечно. Поэтому предлагаемые 3% для банков и 7% НФКО не всегда будут означать 21% и 24%. Так как на деле финансовые игроки могут отказаться выдавать невыгодные кредиты, то в условиях ограниченности предложений ставки по кредитам могут достичь уровня 20-летней давности, когда кредиты выдавались от 50% годовых. Чем меньше кредитов будут выдавать, тем выше будет ставка.
Избранники народа делают вывод, что «данные изменения позволят достичь баланса между интересами финансовых организаций и защитой прав потребителей».
О каком балансе идет речь? Согласно терминологии, «баланс» предполагает получение равных возможностей для обеих сторон. Какие преимущества получают кредиторы? Никаких! Только лишь ограничение их прав и законных интересов. Или вы увидели в проекте, что взамен кредиторы получат возможность претендовать на другие доходы должника в приоритетном порядке? Всего 23 изменений и все против банков:
- Наложение штрафа - против Банка;
- Повторный штраф - против Банка;
- Взыскание жилья только через суд - против Банка;
- Запрет на передачу спора третейским судам - против Банка;
- Взыскание залога через суд, если процент выше, чем порог - против Банка;
- Запрет на взыскание убытков за время отсрочки - против Банка;
- Применение порогового процента в судебном решении - против Банка;
- Размер неустойки 10% от суммы кредита - против Банка;
- Прекращение неустойки после подачи в суд - против Банка;
- Удержание сумм не указанных в договоре - нейтральный;
- Детальная расшифровка кредита - против Банка;
- Капитализация долга - против Банка;
- Ограничение ставок кредита (3%) - против Банка.
Таким образом, ни о каком балансе и речи не может быть. Кроме ограничений их прав, банки не получают никаких преимуществ.
Аргументы в Анализе регулятивного воздействия
Анализ регулятивного воздействия - один из сильнейших документов, по которому любой читающий должен понять, насколько важен предлагаемый законопроект. Однако, ознакомившись с результатами анализа самих инициаторов и включенных особых мнений членов рабочей группы, видишь отсутствие ключевых аргументов в пользу новых изменений. Бюджет страны получит меньше денег и уменьшатся дивиденды от госбанков. Ни одна из соседних стран, указанных в документе не практикует такое грубое вмешательство в рыночные отношения.
Только аргументы относительно уменьшения налоговых поступлений и дивидендов от банков, в которых государство владеет акциями, уже должно было остановить народных избранников от своих «драконовских» нововведений. Ведь существенные поступления от одного из лучших секторов республики окажутся под угрозой. В этой связи очень странно увидеть ответ Министерства экономики и коммерции КР о согласии с таким законопроектом.
В разделе 3 АРВ инициаторы сами пишут, что «увеличение судебных дел ведет к дополнительным расходам для обеих сторон и перегруженности судебной системы». Далее инициаторы уже оценили негативные последствия для всей республики - «судебные разбирательства замедляют решение вопроса и увеличивают издержки для экономики».
Действительно это так, но тогда почему вы другим изменением хотите увеличить количество судебных дел? Заставляя всех участников идти в суды, вы в разы увеличиваете нагрузку судебных органов, замораживаете деньги, которые должны быть направлены на других добросовестных заемщиков. Более того, вы создаете дополнительные затраты для заемщиков, которые, проиграв суды, должны будут возместить всю сумму расходов кредиторам.
Один из неказистых разделов АРВ - «Международный опыт». Россия, Казахстан, Грузия, Армения и Узбекистан (почему выбраны именно они, авторы умалчивают) указаны как примеры для подражания, однако даже среди них никто не применяет такой низкий уровень кредитных ставок в качестве госрегулирования.
Если посчитать, то в этих странах ставки значительно выше, чем ставки ограничений 3% и 5%, предлагаемые депутатами ЖК КР. Например, Грузия – 50%, Казахстан - 56% для беззалоговых кредитов и 40% для залоговых, Армения – двойной размер учетной ставки центрального банка, Россия – не более 1% в день (30% в месяц и умножьте на год), Узбекистан - не более 0,3% в день. Поэтому демонизируемая депутатами процентная ставка по кредитам в КР в размере 33% годовых при разделении на один день составляет всего 0,09%. Получается она уже сейчас ниже, чем в указанных странах.
АРВ содержит раздел относительно «усиления судебных споров» при оставлении законодательства в действующей редакции. Далее подчеркивается, что количество судебных дел увеличится и создаст перегруженность судебной системы, а также дополнительные расходы сядут на обе стороны процесса.
Прогнозируемые ожидания верные, но возникает вопрос: «Тогда для чего вы исключаете внесудебную реализацию залога и передачу спора третейским судам?». Почему вы лишаете стороны права выбора, как разрешать свои споры?
Все банки могут подтвердить, что их судебные разбирательства уже давно перестали рассматриваться в пределах срока установленного Гражданским процессуальным кодексом КР. В частности, ст. 157 четко прописывает сроки рассмотрения и разрешения гражданских и экономических дел, 3 месяца и 2 месяца соответственно. Однако, всем уже известно, как долго тянутся судебные разбирательства.
Предлагаемыми изменениями депутаты возлагают дополнительное бремя на банки и заемщиков проходить через «круги судебного «ада». Мало того, что это уйма потраченного времени с обеих сторон, так еще и немалые расходы. Для инициирования судебного порядка требуется оплата госпошлины, которая ляжет дополнительным бременем на плечи заемщиков, так как благодаря правильному оформлению документов со стороны банков, практически 100% решений суда - в пользу них.
Международный опыт
В АРВ приводится анализ законодательства соседних стран по внесудебной реализации залога. Для интереса изучим опыт наших соседей, которые депутаты ЖК КР приводят в качестве примера.
Так, ст. 349 Гражданскому кодексу РФ: «Обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество».
Оказывается, в России тоже разрешается внесудебная реализация залога. Да, там есть ряд случаев при которых обращение взыскания на залог предписывается только через суд, но повсеместного прохождения процедуры по залогам жилья только через суд нет.
То же самое относится к законодательству Казахстана. В частности, ст. 318-320 ГК РК прямо регулируют внесудебную реализацию залога. Более того, из общих правил даже есть специальная оговорка для коммерческих банков. Читайте сами: «залогодержатель вправе самостоятельно реализовать находящееся в залоге имущество во внесудебном порядке путем проведения торгов (аукциона). Такое же право имеет банк-залогодержатель по реализации предмета залога, обеспечивающего денежную ссуду» (ч. 2 ст. 318). В РК также есть исключения для определенных случаев, но там никто не заставляет идти только в суды.
Наши соседи из Узбекистана также солидарны в этом вопросе, так как у них действует статья 280 (Порядок обращения взыскания на заложенное имущество) содержащаяся в Гражданском кодексе, в котором законодатель разрешил внесудебный порядок взыскания на залог. В частности, «удовлетворение требования залогодержателя за счет заложенного недвижимого имущества без обращения в суд допускается, если это предусмотрено в договоре о залоге или на основании нотариально удостоверенного соглашения залогодержателя с залогодателем, заключенного после возникновения оснований для обращения взыскания на предмет залога».
В стороне не осталась и Беларусь, партнер по ЕАЭС. Абзац 2 п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса РБ регламентирует: «Удовлетворение требования залогодержателя за счет заложенного имущества без обращения в суд допускается на основании нотариально удостоверенного соглашения залогодержателя с залогодателем, заключенного до либо после возникновения установленных законодательством оснований для обращения взыскания на заложенное имущество».
Конечно, в Беларуси тоже прописаны конкретные случаи, при которых внесудебная реализация запрещена, но только по особенным причинам.
Как видно, ни в одной из вышеуказанных стран не применяется массовая передача дел в суд.
В чем заключается усложнение процедуры по залогам, ведь это никак не приведет к развитию банковского сектора. Более того, депутаты уверены в положительном воздействии на экономику страны, так как законопроект направлен на увеличение размеров кредитов. Однако усложнение процедуры взыскания всех залогов жилья исключительно через суд наложит дополнительные обременения на банки и ФКО, которые не будут заинтересованы в получении в качестве залога нежилого помещения от физических лиц, так как его реализация становится затруднительной и менее привлекательной. Таким образом, усложнение процедуры взыскания не внесет положительный вклад в развитие потребительского кредитования, в котором простые граждане являются целевой группой.
Для кого снижать неустойку?
Далее инициаторы предлагают снизить максимальный порог неустойки с 20% до 10% и в АРВ обосновывают такую инициативу как помощь заемщикам избежать долговой нагрузки.
Уточню, что таким образом они помогают злостным должникам, которые сознательно не возвращают долг, так как нормальные заемщики стараются погасить все свои долги до образования суммы неустойки в пределах 20%. Сама «неустойка» внедрена из европейского опыта как способ обеспечения исполнения обязательств и усиления возможной ответственности в случае неисполнения своих обязательств. Любой должник, боясь таких санкций, должен быть заинтересован в обязательном закрытии своего долга. Но 10% от суммы задолженности является несущественной и никак не повлияет на должника исполнить в срок свои обязательства. Таким образом, саму правовую природу данного инструмента депутаты хотят запросто разрушить одним своим решением.
Теперь давайте изучим законодательство соседних стран, которые наравне с нами получили независимость и самостоятельно развиваются на протяжении 30 лет. Начнем с Российской Федерации, которая имеет ограничительные меры ответственности только в отношении потребительского кредита, то есть кредитов физических лиц. При этом, для всех остальных кредитов законодатель не устанавливает потолок для неустойки.
В частности, Федеральный Закон «О потребительском кредите (займе)» ч. 21 ст. 5 устанавливает: «Размер неустойки (штрафа, пени) за неисполнение или ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по возврату потребительского кредита (займа) и (или) уплате процентов на сумму потребительского кредита (займа) не может превышать двадцать процентов годовых от суммы просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа) в случае, если по условиям договора потребительского кредита (займа) на сумму потребительского кредита (займа) проценты за соответствующий период нарушения обязательств начисляются, или в случае, если по условиям договора потребительского кредита (займа) проценты на сумму потребительского кредита (займа) за соответствующий период нарушения обязательств не начисляются, 0,1 процента от суммы просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа) за каждый день нарушения обязательств».
Республика Казахстан также имеет значение существенно выше, чем предлагается депутатами.
Закон «О банках и банковской деятельности в Республике Казахстан» ч. 2 ст. 35 предусматривает, что «размер неустойки (штрафа, пени) за нарушение обязательства по возврату суммы займа и (или) уплате вознаграждения по договору банковского займа, заключенному с физическим лицом, не может превышать в течение девяноста дней просрочки 0,5 процента от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, по истечении девяноста дней просрочки не может превышать 0,03 процента от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более десяти процентов от суммы выданного займа за каждый год действия договора банковского займа». 0,5% в день в месяц может составить 15% и так до 90 дней, после уже 0,03% за каждый день просрочки в каждом году действия долга.
Республика Узбекистан в плане регулирования ограничений по неустойке все оставила на усмотрение самим участникам правоотношений. Ни Гражданский кодекс РУз, ни закон РУз «О банках и банковской деятельности» (хотя имеется раздел «Защита прав и законных интересов потребителей банковских услуг»), ни Закон РУз «О потребительском кредите» не устанавливает максимальный размер неустойки.
Законодатели Республики Беларусь внедрили похожую с Казахстаном схему для регулирования потолка неустойки при нарушении обязательств, но даже их пределы намного выше, чем предлагаемые народными избранниками КР. Судите сами, «в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) иных обязательств, вытекающих из кредитного договора, не указанных в части двенадцатой настоящей статьи, сумма неустойки (штрафа, пени) в год не может превышать по краткосрочным кредитам десяти процентов от суммы предоставленного кредита, по долгосрочным кредитам – пяти процентов от суммы предоставленного кредита» (ст. 145 Банковского кодекса Республики Беларусь). Другими словами, 10% значение есть, но не на весь период обязательства, а только за год.
На основании анализа справки-обоснования и Анализа регулятивного воздействия, депутатам нужно отказаться от чрезмерного вмешательства в частный сектор, и направить свои усилия на точечную защиту проблемных заемщиков.
Меняя правила игры в финансовых отношениях, вы нарушаете баланс естественного развития. Ведь кредиты - это не природная необходимость, это один из инструментов развития экономики. Если хотите защитить «карапайым калк», создайте для них другие механизмы финансирования через государственные институты. А возложение проблем одних на плечи частного сектора несет губительный характер.
Эксперт банковского права, аспирант юридических наук и политологии Акылбек Джусупов.
Справка:
*В группу депутатов – инициаторов законопроекта вошли: Мажитова Ш., Маматалиев М. А., Нарматова Н. А., Абдибаева А. Н., Талиева К. А., Абдалиев М. А., Сыдыков Б. У., Айжигитов С. А., Исатбек кызы А., Алтынбеков А. А., Алиев М. К., Ашимова Д. А., Кадырбеков Н. К.
Комментариев нет. Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.